• Расписание Богослужений

    Первые шаги в храме

    Исповедь и причастие

    Молодежный отдел

    Миссионерский театр

    Воскресная школа

    Наука, ученые, православие

    Глинский патерик

    Страницы Интернета

    Подвижники благочестия

  • Ростовская епархия

    Киево-Печерская Лавра

    Почаевская Лавра

    Троице-Сергиева Лавра

    Православные монастыри

    Экскурсия по храму

  • Январь 2019
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    « Дек    
     123456
    78910111213
    14151617181920
    21222324252627
    28293031  
  • Архивы

  • © Церковный календарь

chibisov

27 мая 1980 года в возрасте восьмидесяти лет после трехдневной болезни отошел ко Господу один из тех тихих и незаметных миру подвижников духа, которыми даже в период жесточайших гонений не оскудевала Москва.

Отпевали Сергея Владимировича Чибисова в церкви Святителя Николая в Кузнецах как раба Божия Сергия, но уста священника тихо произносили имя монаха Серафима, и в гробу под телом усопшего лежала монашеская одежда. Рядом стояли родственники, среди которых были видные ученые, и бывшие сослуживцы — тоже ученые из Военно-инженерной Академии им. Куйбышева. Доктор физико-математических наук Сергей Владимирович долгие годы возглавлял в этой Академии кафедру механики.

Во второй половине 20‑х годов Сергей Владимирович с сестрами Зинаидой и Александрой занимали две смежные комнаты на втором этаже игуменского корпуса с отдельным входом со стороны Троицкого собора. Их выселили из родительского дома на Шаболовке и поселили в Даниловом монастыре. Тогда монастырь еще существовал, но у него отбирали корпуса и поселяли мирских. Зинаида Владимировна рассказывала, что они с сестрой ухаживали за могилой Н.В. Гоголя, поддерживая неугасимый огонь в лампаде. В то время родителей их уже не было в живых, а старшие сестра и два брата жили своими семьями. Из рассказов сестер Сергея Владимировича следовало, что у их отца был свой завод, который он вовремя сумел продать и тем избавил семью от репрессий.

После окончания гимназии Сергей Владимирович одновременно занимался в университете на физико-математическом факультете и в консерватории по классу фортепиано. Однако, когда был призван в армию (служил в Москве и продолжал учебу), должен был оставить консерваторию.

В Даниловом монастыре Сергей Владимирович сближается с отцом Тихоном Баляевым и становится его духовным сыном. Но скоро монастырь закрывают, а почти всех монахов ссылают. На территории обители размещают детскую колонию, и Сергея Владимировича с убогой сестрой Зинаидой переселяют в двухэтажный дом напротив Уголка Дурова, бывший корпус разогнанной женской общины. По Божьему Промыслу именно ему, аскету в миру, дают комнату на месте алтаря бывшей домовой церкви общины. У сестры комната была рядом.

Перед Великой Отечественной войной Сергей Владимирович защищает докторскую диссертацию (ему не было тогда и сорока лет), а с началом войны под его руководством ведется научная разработка противотанковой обороны. Его имя навечно заносится в списки Тамбовского танкового училища.

Все эти годы Сергей Владимирович ведет жизнь сугубо монашескую. Дома вычитывает все службы по служебной Минее, полный годовой круг которой ему достали по его просьбе у знакомых монахинь. Послевоенное время для верующих было нелегким, приходилось, как и прежде, скрывать свои взгляды. Однако Сергей Владимирович, занимая большой служебный пост в Военной Академии, регулярно посещал храм. Его часто видели в церкви Воскресения Христова в Сокольниках.

Жили Сергей Владимирович с сестрой очень и очень скромно. Все средства уходили ежемесячно на вспоможение вернувшимся из ссылок монахам и монахиням. Много денег прошло и через мои руки.

В это же время  Сергей Владимирович, постоянно посещает отца Тихона Баляева, который уже восемь лет живет в затворе в г. Харькове. Все эти годы Сергей Владимирович материально поддерживал общину, созданную архимандритом Тихоном. Пятидесяти лет от роду Сергей Владимирович от отца Тихона принимает монашеский постриг с именем Серафима в память Саровского подвижника.

В 1952 году отец Тихон-затворник умирает и все принадлежащие ему вещи сестры общины передают его духовному сыну Сергею Владимировичу. После смерти отца Тихона Сергей Владимирович, будучи сам к тому времени духовно зрелым подвижником (он прекрасно знал святоотеческую и житийную литературу, что всегда бывало основной темой его интересов и разговоров, и опытно проходил это), тем не менее, не желая жить по своей воле, избирает себе духовным руководителем протоиерея Тихона Пелиха, настоятеля Ильинской церкви в Сергиевом Посаде.

В жизни Сергей Владимирович был общительным, словоохотливым, находил нужные слова в разговоре с людьми любого уровня развития. Всегда он был бодрым, благодушным, приветливым. Он и в последние годы никак не выглядел стариком. В молодости занимался спортом, много путешествовал по Кавказу, пешком прошел по Военно-грузинской дороге. Бывал в Сарове, Дивееве. Но в зрелые годы  уже никуда не выезжал. Лишь однажды, уже после смерти отца Тихона посетил Псково-Печерский монастырь, г. Псков, Пюхтицы. Пока жива была Зинаида Владимировна (†1956), снимал на лето дачу в Подмосковье. Работал Сергей Владимирович до 75-ти лет по благословению, ибо, как и прежде, помогал малоимущим. На себя же, по сохранившимся его экономным подсчетам за несколько лет в последние годы жизни, тратил по 28 руб. (на питание) при относительно тогда большой пенсии в 200 рублей.

Выйдя на пенсию, ежедневно бывал за Литургией в церкви Святителя Николая в Кузнецах. Молился в алтаре. Последние лет тридцать жил рядом с Академией, где и работал, в Подколокольном переулке, с соседкой, которая, не понимая его жизни, после его смерти сетовала на то, что Сергей Владимирович был очень скуп и плохо питался, а то бы еще пожил.

Жил монах Серафим очень просто. Самая простая мебель, плотные шторы. Вдоль двух стен — шкафы с книгами, посередине письменный стол, напротив дивана, в красном углу, небольшой двухстворчатый книжный шкаф с иконами, лампадами, святыней. У Сергея Владимировича был целый ларец-мощевик с многочисленными частицами мощей. Шкафчик на случай прихода сослуживцев закрывался. Такой же шкафчик с иконами стоял и в комнате Зинаиды Владимировны, которая служила им столовой. Как-то Сергей Владимирович, улыбаясь, рассказал, что при очередном медицинском осмотре врач, увидев кожу на его коленях, загрубевшую от поклонов и коленопреклоненных молитв, поставила диагноз: псориаз.

Знали ли сослуживцы о его сокровенной жизни? Очевидно, догадывались. Однажды на вопрос: «Как поживаете?» — Сергей Владимирович получил ответ: «Вашими молитвами».

Неоднократно знакомый архиерей предлагал Сергею Владимировичу принять священный сан, но он каждый раз отказывался, считая себя недостойным. Очевидно, и от духовника не было благословения. И постриг-то Сергея Владимировича оставался тайной. Похоронен Сергей Владимирович на Даниловском кладбище среди родных. На могиле — скромный гранитный памятник с крестом.

Он один из тех, кто в юности воспринял их высокий духовный настрой и пронес его через всю свою долгую жизнь в тяжелейшее время активного богоборчества. Вот почему, начиная печатать келейные записи затворника отца Тихона (Баляева), нельзя умолчать о его духовном последователе, сохранившим для нас это духовное наследство.

 Воспоминания схимонахини Анны (Тепляковой)

По материалам сайта Данилова монастыря